October 4th, 2010

(no subject)

Прошел всего месяц, а уже можно написать Хронику омского дела. Больше всего в этом мне нравится слово "Хроника". Меньше всего - отсутствие достаточного для перемен общественного резонанса и вообще то, что я умудрилась попасть в такую историю:) Отошла от дел, как говорится.

Здесь открытое письмо к Зюганову и размышления о группах людей, которые могли бы поддержать расследование.

Нет ли у кого в хороших знакомых журналистов с обострённым чувством правды? 

Правда Терри Пратчетта

оказалась настоящим испытанием для меня. "Правду" я взяла, конечно, из-за темы и это была вторая книга о журналистах, которую я возненавидела в процессе чтения.

Номером первым был "Голод" идеологически неблизкого Гамсуна. Слишком много журналистов-оборванцев ныло вокруг в тот период, когда я читала "Голод". Не печатают? Ах, какая жалость! Есть нечего? Накормить? Денег дать? Неизвестный  и больной? Ах, как я сочувствую. Неформат? Боже ты мой. Не хочется работать во славу кровавой власти, а приходится? Что делать! Я готова была поддерживать в страданиях кого угодно. Но ни на минуту меня не покидала мысль о том, что в тяжкое положение журналисты и прочие творческие личности попадали, вовсе не от того, что мир жесток. А от того, что были бездарны.

Терри Пратчетт в представлении переводчиц Берденниковой  и Жикаренцевой (изд.Эксмо) мало сказать что ужасен. Может, Терри и сам по себе никуда не годился, но дамы пригнули его окончательно. Прежде всего, мне не понятно, почему на обложке в особом оранжевом кружочке написано "новинка от магистра юмора". Collapse )