Любава Малышева (lubava) wrote,
Любава Малышева
lubava

Category:

Освободительные таблетки

Открывая дверь, следовало прочесть объявление. Объявление, написанное ручкой и прикленное прозрачным скотчем,  менялось ежеутренне. Кто вешал объявление – увидеть я не успевал – сгущался позднее. То гневный автор надписи требовал придерживать  дверь, то  настойчиво и во многих строках сообщал, что теперь дверь закроется сама. 

Иногда, особенно летом, дверь была открыта и заботливо прижата красным крошащимся кирпичом, а все ее пружины свисали свободно, отдыхая от рабочего взвизгивания.  Бывало дверь захлопывалась с такой силой, что воздухом меня распластывало по стене.

Вынужденное существование моё не предполагало шумного появления. Я дожидался, когда к аптеке подойдет очередной покупатель и скользил за ним. Иногда изнутри открывалась форточка для рыжего кота, что ускоряло процесс.

Некоторым дурной тон кажется допустимым – завывание, шипение.... Иные могут толкнуть входящего, переставить баночки с препаратами... Особенно Паша подобным отличается. Паша закреплён за козырьком, на который упал. Но иногда заходит. Я предпочитаю спокойное парение. А место мое тут, около кассы.

Хотя в самой аптеке можно было бы обосноваться получше. К примеру, под  многометровыми пальмами, упирающимися в потолок. Под плантацию пальм было выделено больше половины помещения. Низкорослые фикусы и каркаде выполняли в этом биоурбоценозе роль кустарников. А по полу была расставлена совсем мелочь - горшочки с суккулентами, геранями и традесканциями. Случалось, я позволял себе качнуть лист или подтолкнуть капельку, оставшуюся на листе от полива. Так и не полюбил - действие.

Судя по моим воспоминаниям, аптека в те дни походила на сцену комического шоу. Подошедший по очереди молодой человек лет тридцати, к примеру, говорил:
-Что-нибудь от давления.
-От повышенного или от пониженного? - интересовалась Маруся, практикантка.
-Точно не могу сказать.
-Это для кого?
-Для меня!
-Но какое же я вам дам лекарство? С чего вы взяли, что у вас давление? Вам надо проконсультироваться у врача! - Маруся нервничала.
-Я думаю, что у меня давление. У многих уже в моем возрасте давление. Чего зря по врачам ходить? Я надеюсь справится сам. Давайте от повышенного. Обычно же у всех повышенное.
-Ну, знаете! Без рецепта я ничего вам продавать не имею права!
 
Чаще всего я сравнивал аптечные будни со своими прошлыми наблюдениями в сумасшедших домах.  Мало где еще люди несут околесицу и не представляют, чего хотят.

Обыватели воспринимают жизнь однослойной. Некая пустыня, в которой свирепствуют сифилис, простатит и ВИЧ – болезни жутко заразные и смертельные. Ужасы и опасности подстерегают каждое мгновение и спастить удается лишь тем, кто успеет нацепить одноразовую маску, перчатки, противочумный костюм и с ног до головы обольется карболкой.

Среди уверовавших в окруженность косами смерти есть условная категория женщина с ребенком. Толстая вневозрастная женщина, не имеющая, с сущности, собственных мыслей, но  высказывающаяся всюду и везде по любому поводу, дергая при этом попискивающий глазастый тючок, завязанный шерстяным платком и приукрашенный пятнышками зелёнки.

Женщина с ребенком издает мгновенное шипение... кого бы выбрать...  допустим, в сторону  старушки, говорящей с фармацевтом о кори:
-И с такими болезнями ходят по аптекам! А казалось - приличная женщина!
-Куда же мне идти? - недоумевала покупательница.
Всем своим видом женщина с ребенком указывала, куда следует идти посрамлённой старушке.

Мне иногда хотелось провести женщину с ребенком  и подстроить что-либо в пашином характере, но отстраняться на большие расстояния не получалось. Разве что до дороги. Но ничего опасного на пути не подворачивалось. Иначе не удержался бы.

Люди в общей массе стеснялись покупаемого лекарства. Не имело значения, что требовалось - презервативы или пластырь от радикулита, противоглистное или слабительное. Всем в очереди становилось одинаково неудобно от того, что покупка - гласна. Люди словно переставали быть объектами жизни, выпадали их круга размножающихся особей, демонстрируя дефектность.

Пожилой мужчина, наклонившись к окошку, шептал:
-Девушка, мне лекарство... от... от... (косясь в сторону очереди, прямо сквозь меня) от этого...
-От импотенции? - спрашивала Маруся, желая ускорить процесс.
-Нет, что вы!  - Приходил в тихий ужас пожилой мужчина и краснел. - Лекарство от поноса! Освободительные таблетки!
-Слабительные?
-Да-да. Расплатившись, мужчина бежал к двери, глядя в пол и натыкаясь на пальмы, стенды о игле наркомана, плакаты со свирепствующим ВИЧом и стекляные колонны с товарами.

Не всегда знание клиентом названия лекарства облегчало задачу Маруси. Помню, увешанная сумочками дама просила лекарство для мужа, от облысения.
Маруся читала по клетчатому клочку:
- Ро-гей-нша...рогейнша...(и обращалась в недра аптеки) Ольга Степановна, что такое “рогейнша”?

Ольга Степановна, степенно шествовавшая из коморы, глядела на листок сквозь очки и выручала обе стороны: - Ро... Рогейн, это рогейн из США!  Лекарство американского производства.

Я тоже, помню, отличался робостью, приобретая простейшие средства от расстройств, свойственных всем, испытывая уважения только к нейролептикам с редкими названиями, которых очередь не знала и, стало быть, диагнозом моим не наслаждалась. До сих пор вздрагиваю, когда кто-либо покупает компоненты моего последнего коктейля. Купив у Маруси пузырёк и таблетки, я выпил все лекарства непосредственно в пальмовом оазисе и присел за кадкой. Вытащили к кассе меня поздним вечером и сделать ничего, к счастью, уже не смогли.

Ольга Степановна, провизорша, вела особую тетрадь, в которую записывала смешные аптечные случаи с самого начала своей работы. Но некоторые вещи не попадали туда.
-Девушка, ко мне приехал товарищ из Европы, его прострелило, он просил  перцовый пластырь, диклофенак и хиропрактора...
-Мужчина, как вам не стыдно! Я сейчас охрану позову. Следующий.
Вот такие например. Мой случай тоже никуда не попал. Не всё и не все попадают в историю.

Бывали такие клиенты, которые с воплями требовали несуществующие лекарства от несуществующих болезней, в то время как  их рецепт был совершенно истерт, неразборчив и просрочен. Многие хотели излечится от проблем, от которых лекарств и не существует. От икоты, например.

Ольга Степановна отправляла крикунов в Отдел готовых форм. Сама наполняла  пузырек темного стекла лактозой или физраствором. Люди оставались довольны – видимо, помогало; оплачивали, приходили еще и еще, становились верными постоянными клиентами. И постепенно я свыкался с ними и даже полюбил многих.

Не всегда можно было отделаться пузырьком хлорида натрия. Вспоминаю грузного мужчину с тяжелым взглядом, требующего у Маруси никому неведомый “атирепар”. Все аптекари сбежались для того, чтобы противостоять натиску тяжело дышавшего  медведеподобного субьекта, налегающего грудью на конторку:
-Вот как я скажу жене, что нет лекарства? Как мне возвращаться домой? Она же не пустит меня, понимаете? Кричать будет!
-Но вы позвоните ей и уточните название.
-Да не могу я уточнять. И так уже переспрашивал, ваша аптека пятая. Нигде нет атирепара! В справочную звонили! Во всей Москве нет! Жена кричит в трубку – “Ты даже этого не можешь! Без лекарства даже не возвращайся, старый баран!”
-Да какая болезнь у вас? Давайте аналог подберем!
Мужчина тогда внезапно смутился. Словно в голове его произошло короткое замыкание. Речь его стала много тише:
-Внучок в садике вши подхватил!
Ольга Степановна повела себя и в тот раз весьма деликатно. Она мгновенно подошла к ящичку с  противопедикулёзными препаратами, извлекла французский ”А-пар” и выбила чек.

Поветрия разнообразных суеверий то и дело задевали наш маленький мирок. Гомеопатический, аюрведический, биодобавочный, иммуноукрепляющий и витаминный муссоны были своеобразным сезонным развлечением.

Если покупатель приходил, исполненный истинной верой в разрекламированный БАД – он требовал всего спектра БАДов. Клиент желал поддерживать не только печень, но нанести упреждающий профилактический и стимулирующий удар по почкам, сердцу, легким и прочим органам, названия которых он успел выучить к моменту появления перед кассой. Биологически добавить по максимуму.

Если приходила эзотерическая дама в индийской рубашке, то можно было делать ставки на то, что она попросит гомеопатический препарат от геммороя либо шарики лактозы с контрацептивным эффектом. Так как она слышала, что гомеопатия сделала на днях значительный рывок в указанном направлении...

За некоторыми аптекарями я следовал некоторое время, когда они уходили. Зависал около овощного киоска напротив и слушал. Когда у моей Маруси заболели домашние, она как раз в этом киоске покупала полную сумку фруктов:
-У вас авокадо кислое или кисло-сладное?
-Думаю, на ваш вкус,  - невозмутимо ответила продавщица.
-Шесть штук тогда!
Девушка достала шесть авокадо.
-Ой. Что это вы мне даёте?
-Авокадо, как вы просили.
-Я имела ввиду киви. Удивительно, как вы тактично себя повели.
-По лекарствам в вашей сумке я поняла, что вы заболели...
Маруся, как я привык к ней за эти годы. Отучилась и, в конце концов, покинула нашу аптеку. Жива ли она? Счастлива ли она? Увижу ли я её снова? Не знаю. Продолжаю пребывать закрепленным за плиточным полом около кассы, на котором освободился от тела своего, бессмысленно терзаемого реаниматорами где-то за пределами пальмового уголка, за границей двери с объявлением... Если не ошибаюсь, в тот день дверь просили не придерживать.
Tags: рассказ
Subscribe

  • щербаков

    Кордебалет Плохо кончилась атака. Я поднимаю флаг. Весь он бел. Бел и я, но цел. Однако не понимаю, как уцелел. Сил не то чтобы избыток.…

  • (no subject)

  • Концерт Щербакова, 2009

    Норвегия для меня очень похожа на Калифорнию не только тем, что тут туманы, цветы и свободы. В моей истории их объединяет также плохой интернет. Но…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments